Дизайнеры IBM
Выставка Джо Понти в Arts Décoratifs

 

Современные урбанисты знают: хорошо, когда в городе есть здание-аттракцион (iconic building), но ещё лучше, если их целый квартал. Новые районы в европейских городах (Хафенсити в Гамбурге, Конфлюанс в Лионе) строятся как коллекции архитектурных шедевров: заказчики приглашают архитекторов-звёзд из разных стран и дают каждому участок.

Существует несколько архитектурных коллекций XX века: кампусы американских вузов (особенно MIT), олимпийские комплексы, выставочные городки. Первая из них — Вайсенхоф в Гамбурге, квартал из маленьких, в основном на одну семью, домов (1927). Его строительство — поворотный пункт в истории архитектуры: модернизм в архитектуре впервые заявил о себе как о значимом международном движении, а центром этого движения стали считать Германию.

Крупнейший из «архитектурных парков» XX века — район Ханзафиртель в Берлине. Во время Второй мировой войны он был полностью уничтожен бомбардировками. К 1957 году его очистили от руин и на освободившемся пространстве начали строить городок из примерно 40 зданий. Кроме многоквартирных жилых домов, там есть одноэтажные бунгало, две церкви, районная библиотека, здание художественной академии и выставочный павильон, где сейчас находится «Бургер-Кинг». В 1957 году в Ханзафиртеле прошла международная строительная выставка (Интербау), и строящиеся здания были её экспонатами. К той же выставке было приурочено строительство большого Зала Конгрессов (архитектор Хью Стаббинс) и «жилой единицы» Ле Корбюзье — зданий настолько больших, что в Ханзафиртеле они не помещались, и для них были выбраны другие площадки.

Почти все ведущие архитекторы западного мира (в частности, Вальтер Гропиус, Алвар Аалто, Оскар Нимейер, Арне Якобсен) и почти все сколько-нибудь важные западногерманские (в первую очередь Эгон Айерман и Зеп Руф) участвовали в строительстве Ханзафиртеля. Звали и Миса ван дер Роэ, но он отказался участвовать. Эти дома сохранились в полном составе и представляют собой словно бы постоянно действующую выставку модернистской архитектуры середины XX века, единственную в мире такого масштаба.  

Кроме зданий, в кверах Хазафиртеля много хорошей скульптуры, как фигуративной, так и абстрактной, а на стене павильона метро — абстрактное панно Фрица Винтера.

Законодателем архитектурной моды (да и вообще всякой моды) в 50-е годы были Соединённые Штаты, и устроители выставки Интербау вряд ли надеялись, что, повторив опыт Вайсенхофа, оспорят у Америки эту роль. Странно было бы даже ставить такую цель: Ханезафиртель построен на американские деньги. Задача была в другом: превзойти Восточную Германию. Там в 50-е расцветала архитектура ретроспективного стиля, одобренная кураторами из Москвы. Им-то, соотвечественниками из-за демаркационной линии, строители Хансафиртеля и стремились показать: модернизм — лучше! И у нас он — есть! А у вас — нет.

На современного зрителя модернистские микрорайоны производят сильное впечатление своей стилистической однородностью. В них чувствуешь себя путешественником во времени. За это их любят фотографы (в том числе и я, фотограф-любитель, проведший один из лучших дней своей жизни в районе Алтон в Лондоне). Надо ли говорить, что фликр переполнен снимками Ханзафиртеля.

Особенно приятно, что там сохранилась милая бытовая мелочь рубежа 50-х — 60-х: вывески, мостовые, кое-где в общественных интерьерах — полы и отделка стен, а порой и мебель. Находясь там, с головой ныряешь в прошлое. 

Тот же эффект выставки производила и на современников. Только, если мы, входя под кроны разросшихся деревьев Ханзафиртеля, окунаемся в прошлое, современники окунались в будущее. В Западном Берлине тогда почти не было модернистской архитектуры, и её полное господство в ближайшие десятилетия не казалось ещё предопределённым. Посетители выставки видели микрорайон-прототип, подобных которому их в повседневности не было, действующую модель близкого, но пока не наступившего будущего. Сила её воздействия на умы была обусловлена тотальностью. Они видели замкнутый, самодостаточный городской район, частично уже построенный к выставке, видели улицы, дома, интерьеры. В том числе интерьеры квартир.

Некоторые архитекторы, принимавшие участие в строительстве Ханзафиртеля — ещё и дизайнеры предметов интерьера, и они не упустили возможность превратить образцовые квартиры в своих домах в персональные выставки собственной мебели и светильников. Выставка была бенефисом Герберта Хирхе, выпускника Баухауза и профессора интерьерной архитектуры Штутгартской академии искусств, который обставил мебелью преимущественно собственного дизайна квартиры по крайней мере в двух домах квартала. 

От общественных интерьеров Ханзафиртеля осталось немного, от образцовых квартир не осталось ничего. Но из-за того, что некоторые современные жильцы Ханзафиртеля — любители и знатоки модернистского дизайна (и поэтому осознанно решили поселиться здесь), интерьеры их домов и квартир полны старых вещей и созвучны истории квартала.

Артём Дежурко

Читайте также